Путин подписал указ о передаче 26% акций «Усть-Луга Ойл» во временное управление самой компании. Пакет принадлежал кипрской Capefar Limited - структуре, исторически связанной с нефтетрейдером Gunvor. Документ датирован 9 июля.
Что произошло и кого это касается
Речь идёт о 499 720 акциях - ровно 26% уставного капитала оператора крупного нефтепродуктового терминала в порту Усть-Луга. Схема, при которой актив переходит под временное управление самой же компании, - уже отработанный инструмент. Так Москва обращается с долями недружественных иностранных акционеров, когда те фактически устраняются от управления, но формально остаются в реестре.
Capefar Limited долгое время числилась в структуре Gunvor - швейцарского трейдера, основанного Геннадием Тимченко и Торбьёрном Торнквистом. После 2022 года западные санкции и реструктуризация активов сделали присутствие подобных кипрских «прокладок» в российских стратегических активах политически и юридически неудобным - как для самих акционеров, так и для российской стороны.
Кто остаётся у руля
После изъятия кипрского пакета структура акционеров выглядит так:
- ЗПИФ «Капелла Альтернативный Фонд III» через АО «Капелла УИ» - около 49%
- «Транснефть - Балтика» (дочерняя структура «Транснефти») - 25%
- Временное управление компании - 26% (бывший кипрский пакет)
Фактически контрольный блок сосредоточен в руках российских игроков. «Транснефть» - очевидный бенефициар стабильности: терминал встроен в трубопроводную логистику, и для монополиста крайне важно, кто сидит за столом переговоров по перевалочным тарифам.
Что за актив и почему он важен
«Усть-Луга Ойл» - не рядовая промышленная компания. Терминал перегружает нефтепродукты с железной дороги на морские танкеры: мазут, вакуумный газойль, бензины, нафту, стабильный газовый конденсат. Порт Усть-Луга - один из ключевых экспортных хабов на Балтике, через который российские нефтепродукты уходят на внешние рынки. Объёмы перевалки там исчисляются десятками миллионов тонн в год.
Временное управление - не конфискация. Юридически это означает, что судьба пакета ещё не решена окончательно. Но прецеденты последних лет показывают: «временное» нередко становится постоянным. Переход актива к российским структурам - вопрос времени и политической конъюнктуры.